Нулевой пациент

В 1988 году в Калмыцкой АССР молодой и внимательный педиатр Кирсан Аюшев сталкивается с тревожной закономерностью в состоянии своих маленьких пациентов. Симптомы, которые он наблюдает, не укладываются в привычные диагнозы, и у врача зарождается страшное подозрение – у детей может быть ВИЧ. В условиях тотального советского заблуждения о том, что такая болезнь не может существовать внутри страны, его опасения встречают стену непонимания и скепсиса со стороны старших, более опытных коллег. Не имея возможности действовать открыто, но движимый профессиональным долгом и интуицией, Кирсан решается на отчаянный шаг. Он тайно отправляет образцы анализов в московскую лабораторию, рискуя собственной карьерой и репутацией, чтобы докопаться до правды. Этот поступок становится отправной точкой в развертывании событий, которые вскоре перестанут быть личной историей одного врача. Когда из Москвы приходит подтверждение худших опасений Аюшева, ситуация мгновенно приобретает масштаб государственной важности. К расследованию подключается столичный эпидемиолог Дмитрий Гончаров, один из немногих в СССР специалистов, знакомых с этой «экзотической» и пугающей болезнью. Два этих разных человека – принципиальный провинциальный врач и ученый из центра – вынуждены объединить усилия перед лицом общей угрозы. Их задача невероятно сложна: необходимо не только выявить источник заражения и круг контактов, но и сделать это в атмосфере секретности, бюрократических преград и глубокого невежества относительно самой природы вируса. От их действий, решений и умения противостоять системе зависит судьба десятков уже пострадавших детей и взрослых. Но постепенно становится ясно, что на кону может стоять гораздо больше – под угрозой оказывается здоровье целой страны, поскольку выявленные случаи могут быть лишь верхушкой айсберга, а механизмы распространения инфекции остаются неясными. История превращается в гонку на время, где каждый день промедления чреват новыми жертвами, а каждый шаг вперед встречает сопротивление обстоятельств и людское нежелание признать реальность катастрофы, разворачивающейся в тишине больничных палат и кабинетов.